Tags: юмор

Знайте, каким он парнем есть

В молчании скорбном у скромного бюста
Борцы за свободу из сферы искусства.
И павший присутствует траурной тенью
У камня гранитного с датой рожденья.

Слезу утирает над памятным знаком
Заслуженный деятель Л.Охуджаков:
Нет, весь ты не умер, но в памяти нашей
Остался осадок. Прости нас, Аркаша.

Суровым фальцетом поет под гитару
Художник, поэт, кулинар А.Макаров.
Он всех приглашает, не корысти ради,
Лапшой помянуть. Извини нас, Аркадий.

Стоит пострадавшим от власти советской
У "Детского мира" валун соловецкий,
Достойное место займет на Лубянке
Из мраморной слизи Аркадий на танке.

Еще одна жертва кровавого строя.
Клянутся борцы у останков героя
Как знамя нести по родимым просторам
Исподнего часть со следами террора.

Занимательная физика

Ах, если знал бы я, прогуливая с Томой
Уроки физики и опыты Ньютона,
Что массой Тома вся уйдет не в знаменатель
И что спасенье в расстоянии в квадрате.

Молчит история, что Ньютон в личном деле,
Не яблоком придавлен был, а телом.
И у Эйнштейна в жизни было криво,
Но излагали версии красиво.

Гнет гравитация меня в отделе шейном,
Я Томе объясняю из Эйнштейна:
Что повело меня налево не от пьянства,
А по причине искривления пространства.

Притянуты к супруге по Ньютону
Мои три пуда, перемноженных на тонну.
И вот лежу я Томою побитый,
За уклоненье от супружеской орбиты.

Песенка про недымящий паровоз

Нескорый поезд к станции приник,
Мне затянуться хочется до колик.
И мне сочувствуют жеманный проводник
И анонимный с виду алкоголик.

Припев:
На улучшение направлены законы,
Мы без курения дотянем лет до ста.
Но снова терпим в санитарной зоне
И нумерация по-прежнему с хвоста.

Суров и строг, но справедлив закон:
Нет никотину места в жизни новой.
Разрешено с животными в вагон,
С зеленым змием и любовью однополой.

Застрял состав Москва - Улан-Удэ,
Прикрыв подушкой пухнущие уши,
Пишу письмо в ООН и РЖД:
Товарищи, спасите наши души.

Я до Саратова считаю каждый стык,
А проводник тоскует под гитару.
Стоянка и в избытке холостых.
Мы с ним в Саратове оттянемся на пару.

А на выборах по традиции...

Вянет лютик и глазки анютины,
Исстрадался народ от бесчинств.
Снова в бой нас ведет против ...выбранных
Сексуальная лига меньшинств.

Если б бабушка была дедушкой
И Ульянов бы Лениным стал,
Если б Крупская была девушкой,
Для меня бы вопрос не стоял.

Красит утро страну цветом маковым,
Бьет копытом сферический вождь.
Нам его бы в предвыборный вакуум,
Только где же такого возьмешь.

Если б курица была птицею
И Аврору на главный причал,
Если б Троцкого в оппозицию,
Я б Давидовича поддержал.

Голосуем, друзья, не стесняемся,
Мы в начале большого пути.
Я и сам всей душой за сменяемость,
Но другого пока не найти.

Снова митинги, снова выборы,
Нам любые дела по плечу.
Голосуйте вы хоть за ...Троцкого,
А я ...Сталину голос вручу.

"Не страшны дурные вести"

Понедельник день тяжелый.
Позабыв семью и школу,
Рассылаем дружно комментарии.
Максимальный перепост:
Ожидают новый вброс,
Он накроет оба полу-Шария.

Вторник утро. Полвторого.
Досмотрели Киселева.
От вестей в мозгу интоксикация.
Это ж жупел, я уверен,
Он нам врет как сивый мерин
По приказу из администрации.

В среду все остались дома.
Поступили из ВЦИОМа
Данные о рейтинге тревожные.
Говорят, прошедшей ночью
ВВП порвали в клочья.
Ожиданья оказались ложными.

Отписалась заграница:
Намечается в столице
Митинг за позицию единую.
Сообщают, что в четверг
Над Кремлем замечен стерх,
Он кружился с песней лебединою.

От событий не до смеха.
Интервью в эфире Эха:
"Беспредел от пятницы до пятницы".
За участие в протесте
Замели на Лобном месте
Девушку в прозрачном белом платьице.

Начинается суббота,
Отложите все заботы,
Распрямите ваши позвоночники.
Смотрим на канале Дождь
"Скоро будет новый вождь".
Новость из проверенных источников.

Отработали неделю.
Сели-встали, встали-сели.
Прочь закрепощенность и апатию.
Обсудили, пропотели.
Крепкий дух в здоровом теле
Важен нам в борьбе за демократию.

"А пуговки-то нету у заднего кармана"

В арбатском переулке, в один денек погожий
Стоял обычный мальчик в поношенном пальто.
Стоял и декламировал скучающим прохожим
Поэзию, похожую на Агнию Барто.

И зрителям случайным не показался странным
Сюжет произведений и было невдомек,
Что русскими словами поэтов иностранных
Доверчивым прохожим читает паренек.

Но бдительная девочка коварный план раскрыла
И тетенькам и дяденькам напомнила про то,
Что дети в этом возрасте проходят не Шекспира,
А Зину из резины. Из Агнии Барто.

Налетай, не скупись...

Опять народ за импортом толпится,
Прессует свои мощи в штабелях.
Хотят картин в условных единицах.
Рисуем мы попроще, но в рублях.

Пейзаж у нас суровый, это правда.
В стране медведей больше, чем людей.
Дай Шишкину натуру Леонардо,
Писал бы Шишкин белых лебедей.

Важны в искусстве голубые нотки,
Но где ж их взять. Судьбу свою кляня,
Рисуют на двоих Петров и Водкин
Эпического красного коня.

Вопрос ребром

В безводной и жаркой степи
Скакал партизанский отряд.
Отстали и сбились с пути
Впотьмах двое смелых ребят.

Василием звался один,
Петром величался другой.
И ждали бойцов впереди
Смертельная жажда и зной.

Сердец и копыт громкий стук.
Ведь медлить в пустыне нельзя.
В далекий приют Учкудук
К закату добрались друзья.

Не знали они, что их след
Уже обнаружен врагом.
В пустыне спасения нет,
Лищь мелкие кочки кругом.

В колодце Василий и Петр
От белых укрыться спешат.
Укрытия беглый осмотр
Врагу не принес результат.

"Там есть кто-нибудь или нет?"
Вопрос задают напрямик.
Но гулкого эха ответ
Любого поставит в тупик.

Вопрос повторяют в ночи:
"А может там прячется друг?"
Но смелое эхо молчит.
Его не возьмешь на испуг.

"А может гранатой в провал?"
На хитрость идут беляки.
А эхо: "последний запал
Потрачен в боях у реки".

Смысл повести ясен и прост,
В ней факт и наглядная суть.
Ребром если ставишь вопрос,
Гранаты с собой не забудь.

Новое прочтение классики

Смешали сильно. А все Облонский.
"Зайдем погреться". Был Леха Вронский,
Наш кореш Левин. И, как бы к чаю,
Зашел писатель. Лев Николаич.

Потом приперлись уже под мухой.
Сосед, мой тезка и муж сеструхи
Каренин Саныч. Сказал в завязке.
Но пил со всеми и без отмазки.

За тех, кто в море, за мир, за ближних.
Каренин с Лехой за спутниц жизни.
Я скоро сбился и начал снова.
А Николаич пил за Толстого.

Что было дальше, я помню плохо.
Тост за свободу озвучил Леха.
Сосед по дому, который тезка,
За машинистов и перевозки.

А Николаич писал украдкой,
Приврал малехо в своей тетрадке.
Накапал строчки, что мы по пьяни
Катались с Лехой с какой-то Аней.

Он литератор, ему для дела.
А чтоб поправить, что нас задело,
Лев Николаич накрыл поляну
И расписался нам на стаканах.